Он взял нож для колки льда и изобразил в воздухе пару фехтовальных выпадов.

— Зачем? – поинтересовалась Фокси.

— Вот зачем! — он вытащил из кармана четыре визитки и бросил на стойку.

«Explosive-Extreme Inc (ExEx), Харри Харрис, директор».

«Iron-Star Pictures — Харри Харрис, генеральный консультант по спецэффектам».

«Международный профсоюз каскадеров. Харри Харрис, сопредседатель правления».

«Всемирный клуб технологов игрового кино. Харри Харрис, вице-президент».

— Ты же говорил, что ты просто киношник, — заметила она.

— Ну, да. Так оно и есть. Я просто киношник. Занимаюсь постановкой трюков. Но так получилось, что у меня в этом деле кое-какой авторитет.

— Значит, так, Харрис, — Фокси вздохнула, — Ты хороший парень, и все такое. Но я не нуждаюсь в подачках. Не привыкла, понимаешь?

Он повернулся к Биллу.

— Нет, ты слышал? «Подачка»! Надо же! Да я самый жуткий работодатель на свете. В древности от меня сбегали на греческие галеры и в египетские каменоломни! В Колизее перспективой работы в моей фирме пугали римских гладиаторов – и эти суровые парни плакали, как дети!

— У него учился граф Дракула, — шепнул Доннел, перегнувшись через стойку, — но потом раскаялся и стал гуманно сдирать со своих жертв кожу заживо.

— Нет, серьезно, Харрис, чем ты мне предлагаешь заниматься?

— Деловой перепиской, заметками на киносъемках, решением неформальных проблем и конфликтов, разбором жалоб и критикой предложений, ну и разумеется, каскадерской работой. У нас играют все. Главное, я хочу, наконец, сделать работу каскадеров чем-то нормальным, без киношной суеты и постоянного бардака, свойственного бомонду.

— И сколько ты за это готов платить? – спросила Фокси.

Харрис написал на салфетке число и пододвинул к ней, пояснив:

— Это в неделю.

— Ладно, — сказала она, — где расписаться?